Кам’янська міська бібліотека ім Т.Г. Шевченка

Вітаємо Вас на сайті нашої бібліотеки

Бібліотека

Наше місто

Дніпродзержинський аєроклуб

Чухачёв Фёдор Тарасович

(1907 – 1954)
 Начальник Аэроклуба
            В тридцатые годы Советский Союз готовился к войне – главным образом с фашистской Германией и милитаристской Японией. В это время активизировалась оборонно-массовая работа Осовиахима. Миллионы юношей и девушек сдавали нормы комплекса «Готов к труду и обороне СССР», занимались в кружках противовоздушной и противохимической обороны (ПВХО), учились стрелять и с гордостью носили значок «Ворошиловский стрелок». В 1934–1936 годах в Украинской ССР создаётся разветвлённая сеть аэроклубов. В числе других был открыт и аэроклуб в Каменском. Он вырос на базе лётно-планерной станции, созданной ещё в 1930 году. Курсанты, или как их называли, учлёты наряду со специальной авиационно-технической подготовкой проходили курсы политзанятий и воспитательной работы.
 Фото №32а
Фёдор Чухачёв
 Однажды в Каменское прибыли одни из первых героев Советского Союза – Василий Молоков и Николай Каманин – лётчики, проявившие в 1934 году исключительное мужество при спасении челюскинцев. В городском парке состоялся большой митинг, на котором решено было организовать в Каменском аэроклуб и присвоить ему имя Молокова. Металлургический и вагоностроительный заводы выделили материалы и прислали строителей на сооружение аэродрома, ангара, бензосклада и других объектов. Лётное поле аэродрома располагалось в районе современного железнодорожного вокзала. Размеры аэродрома ограничивались с одной стороны оврагом, с другой – железнодорожным полотном. В феврале 1935 года на клубном аэродроме приземлились четыре «безотказных» самолёта У-2, и в том же 1935 году состоялся первый выпуск Аэроклуба в количестве одиннадцати пилотов.
 Фото №32б
Самолёт У-2, на котором обучались учлёты
 Первым начальником местного Аэроклуба стал Михаил Маркин, до этого работавший в сельскохозяйственной авиации. Ему приглянулось одноэтажное шлаковое здание старой синагоги Савийского, в которой ещё проводились богослужения, и Маркин инициировал её закрытие. 13 мая 1935 года из Киева пришло постановление Секретариата Всеукраинского Центрального Исполнительного Комитета о разрешении Каменскому горсовету закрыть синагогу. («История евреев Каменского-Днепродзержинска», 2008. Консультант к. и. н. Н. Буланова. Стр. 61).
Местные органы власти немедленно предоставили Аэроклубу здание закрытой синагоги по адресу Почтовая улица, дом №3 (по другим источникам – ул. Почтовая, 5). Горком партии и горком комсомола помогли в подборе кадров, оборудовании и оснащении его аудиторий. Теперь в помещениях бывшей синагоги, где правоверные иудеи десятилетиями читали Тору, проводились занятия для учлётов. В цокольном этаже Аэроклуба находились учебные классы, где курсанты изучали устройство самолёта, постигали законы аэродинамики. Здесь был установлен полуразобранный, доступный для всестороннего обозрения самолёт У-2. Наверху помещался класс штурманской подготовки. Кроме того, в Аэроклубе располагались авиамодельная лаборатория и канцелярия. Планеристы занимались непосредственно на аэродроме. Во дворе Аэроклуба по утрам собирались курсанты различных секций, садились на две полуторки и с бодрой песней отправлялись на аэродром.
 
Мы рождены, чтоб сказку сделать былью,
Преодолеть пространство и простор.
Нам Сталин дал стальные руки-крылья,
А вместо сердца – пламенный мотор.
          Парашютная станция размещалась на улице Заварихина, в длинном зале стояли столы для учебной укладки парашютов. Неподалёку, в городском парке была установлена 75-метровая парашютная вышка, отсюда совершали учебно-тренировочные прыжки члены парашютной секции. Сконструировал вышку архитектор и замечательный инженер-строитель Алексей Сокол. Испытать себя на «парашютке» могли в выходной день и все желающие. Завершающим этапом подготовки были прыжки с самолёта – с различных высот, летом и зимой, днём и ночью, на сушу и на воду.
 Фото №32в
Парашютная вышка
          Учлёты, как правило, после окончания Аэроклуба поступали в военные училища, школы Гражданского воздушного флота, авиационные институты. Аэроклуб готовил для Красной Армии достойное пополнение. Достаточно сказать, что во время Великой Отечественной войны пятеро бывших аэроклубовцев – В. Дрыгин, С. Левчук, И. Сачко, Н. Логвиненко и А. Худякова – были удостоены звания Героя Советского Союза, а И. Степаненко стал дважды Героем!
Аэроклубовцы были весьма популярными людьми в городе. В дни революционных праздников колонна Аэроклуба неизменно участвовала в торжественных демонстрациях. Учлёты в синих комбинезонах, кожаных шлемах и защитных очках проходили мимо трибун чётким, слаженным строем. За ними в ладно подогнанной форме шли лётчики и парашютисты с ранцами за плечами. После праздников резко возрастало количество заявлений от юношей и девушек с просьбой зачислить их в Аэроклуб.
         Но не всё было радужно в жизни Аэроклуба, как это казалось со стороны. В апреле 1936 года первый секретарь горкома партии Лысов вызвал к себе Маркина и предложил разбросать с самолётов по районам области полтора миллиона листовок о весенней предмайской ярмарке, которая должна была состояться в переименованном Днепродзержинске. Маркин отказался выполнять директиву, мотивируя свой отказ отсутствием топлива. На всякий случай он заручился поддержкой начальников областной и союзной авиации. В свою очередь, Лысов расценил действия Маркина, как порочащие авторитет секретаря горкома. В конце апреля Маркина исключают из партии, снимают с работы и выселяют из трёхкомнатной квартиры, которую семье начальника Аэроклуба предоставил Манаенков.
После Маркина начальником Аэроклуба назначили профессионального лётчика, капитана Фёдора Чухачёва, члена партии с 1931 года, – человека степенного, рассудительного, немногословного.
Комиссаром Аэроклуба в течение 1936–1939 годов был Борис Василенко, отслуживший срочную службу в бронетанковых войсках, знакомый с авиацией лишь понаслышке. В 1937 году начальником Аэроклуба назначили профессионального лётчика, капитана Фёдора Чухачёва, члена партии с 1931 года, – человека степенного, рассудительного, немногословного. Как вспоминал Б. Василенко «все вопросы он решал коллегиально, советуясь с товарищами по службе, своими заместителями. Фёдор Тарасович сумел сколотить дружный коллектив преподавателей-воспитателей, который успешно справлялся с поставленными задачами». (Б. Василенко «Высокий взлёт». Киев, издательство Политической литературы Украины, 1978. стр. 11)
«Однако по состоянию здоровья, – читаем воспоминания комиссара, – Ф. Т. Чухачёва перевели на другую работу. Его преемником стал В. Иваненко – до этого начальник планерной станции Аэроклуба».
         Говоря о слабом здоровье, как причине ухода Чухачёва с престижной должности начальника Аэроклуба, Б. Василенко лукавил, ибо он, как никто, хорошо знал, что послужило основанием увольнения Фёдора Тарасовича со службы. Уже в феврале 1937 года первичной парторганизацией Чухачёву был объявлен выговор за притупление классовой бдительности и неприятия мер к очищению аппарата Аэроклуба от социально-чуждых людей. Трудно сказать, какие социально-чуждые люди заполонили аппарат Аэроклуба, но два вывода напрашиваются сами собой. Первый: Фёдор Чухачёв был человеком порядочным и людей оценивал по их деловым качествам, а не происхождению. Потому и не очищал их из аппарата. Второй вывод: комиссар Аэроклуба Б. Василенко, в силу своего положения, мог быть инициатором партийного разбирательства и, уж точно, голосовал за объявление Чухачёву выговора.
Дальше – больше. В августе 1937 года Чухачёву объявлен строгий выговор «за необеспечение лагерей пилотов и развал работы в лагерях». В условиях повального дефицита, когда передовиков производства и стахановцев премировали отрезами на платья и костюмы, обеспечить лагеря пилотов всем необходимым было делом крайне сложным. При отсутствии действенного централизованного снабжения, начальник Аэроклуба самостоятельно искал выход из положения, доставал, где мог, сапоги, обмундирование, а также полотно, из которого шили спецодежду. Впрочем, это ему тоже припомнят, как недостаток в работе, поставят в вину.
         11 октября 1937 года решением парторганизации горсовета Осовиахима Фёдор Тарасович Чухачёв был исключён из партии со следующей формулировкой: «За связь с врагами народа Бубашко, Викторовым, Ивановым и другими. За поддержание родственных связей со своим тестем и шурином, арестованных органами НКВД, как враги народа. За самоснабжение (получение сапог, обмундирования, бязи), за покровительство социально-чуждым элементам (Ватрухин и др.), за зажим критики и развал работы Аэроклуба».
         За месяц до того были осуждены и расстреляны, как враги народа, Сергей Бубашко, председатель Днепродзержинского горсовета Осовиахима, и Алексей Викторов, второй секретарь Днепродзержинского горкома КП(б)У. Естественно, в силу своей должности Фёдор Чухачёв был связан служебными отношениями и с одним, и другим. После репрессий в отношении первых должностных лиц городской иерархии, естественным образом, должны были последовать санкции в отношении их окружения. От парторганизаций требовали крови, оргвыводов и новых жертв на алтарь борьбы с троцкистами, шпионами, вредителями и иными врагами народа.
К тому времени, как видно из решения парторганизации горсовета Осоавиахима от 11 октября, были арестованы тесть Чухачёва – Фёдор Мельничук, заведующий производством фабрики-кухни, и шурин Фёдор Грабовский, работник вагоностроительного завода. Их обоих обвинили в шпионаже и в декабре 1937 года расстреляют. Лучшим обвинительным доказательством партийной вины Фёдора Чухачёва могла послужить семейная фотография 1936 года, где начальник Аэроклуба самым вызывающим образом соседствует со своими родственниками – будущими врагами народа.
 Фото №32г
Семья Мельничук-Грабовских: сидит второй справа Фёдор Мельничук, стоят: в центре Фёдор Грабовский, крайний справа Фёдор Чухачёв.
 14 ноября 1937 года на заседании Днепродзержинского бюро горкома слушали дело Фёдора Чухачёва. В присутствии последнего докладывали товарищи Евтушенко и Каминский. По существу вопроса высказались Константин Стеблёв и Леонид Брежнев. После их горячих выступлений члены бюро горкома единогласно постановили: решение парторганизации горсовета Осовиахима об исключении из партии Чухачёва Ф. Т. подтвердить. (ГАДО. Ф.19. Оп.2. Д.684. Протоколы заседаний бюро Днепродзержинского горкома КП(б)У 14 ноября 1937 – 28 декабря 1937 года. Протокол №39/25 от 14/ХI-37).
За исключением из партии немедленно последовало увольнение с должности начальника Аэроклуба. И Чухачёв выехал в Сталинград, но работы по специальности с такой характеристикой не нашёл. Вернулся в Днепродзержинск, где и прожил до самой войны. Во время Великой Отечественной войны воевал в небе, а после контузии – в пехоте, в составе войск 4-го Украинского фронта. Войну окончил в Венгрии, демобилизовался в 1946 году, награждён орденом Красной Звезды и многочисленными медали, умер в 1954 году.
После войны Днепродзержинский Аэроклуб возобновил работу в 1949 году. Но уже в 1952 году влился со всем имуществом и материальной частью в Днепропетровский Аэроклуб и прекратил существование.
         Постскриптум: В 1978 году издательство Политической литературы Украины выпустило в свет книгу Б. Василенко «Высокий взлёт», повествующую о Днепродзержинском Аэроклубе, его руководителях, инструкторах и выпускниках. Побывав в Днепродзержинске, автор подарил книгу Виктору Чухачёву со следующей надписью: «Сыну Фёдора Тарасовича, бывшего начальника Аэроклуба, с которым мы дружно работали, Виктору Фёдоровичу Чухачёву, с наилучшими пожеланиями. Автор, генерал-майор в запасе Б. Василенко. 7.Х.78 г.» Когда Виктор Чухачёв показал книгу тёте Вере – сестре его мамы – та побледнела и сказала: «Как ты мог принять эту книгу? Ведь это он подставил твоего папу в тридцать седьмом году…»
 Автор выражает глубокую благодарность Жанне Фёдоровне Чухачёвой – дочери Ф.Т.Чухачёва за помощь при подготовке данного материала.