Кам’янська міська бібліотека ім Т.Г. Шевченка

Вітаємо Вас на сайті нашої бібліотеки

Бібліотека

Наше місто

ФАБРИКА-КУХНЯ

В 1923–1925 годах, во время разрухи и голода, в СССР родился конструктивизм – архитектурный стиль, опередивший своё время. Специфическими особенностями конструктивизма являлись строгость, лаконичность форм и монолитность внешнего облика при полном отказе от декора и украшений. Функция прежде всего! Математически выверенные планировки, монотонные плоскости стен и углы фасадов, чистая геометрия и эргономика – словом, всё для удобства строителей нового мира. Удобства, но не комфорта, который считался пережитком буржуазного прошлого.
 Конструктивизм в СССР вспыхнул лишь на неполное десятилетие. Иосифу Сталину, как и другим диктаторам, хотелось помпы и размаха, колонн и золота. Маловразумительный массам конструктивизм с его прямыми углами и фабрично-заводской эстетикой попал в немилость. Парадокс, но сталинские «дворцы коммунизма» в стиле эпохи свергнутых венценосцев считались для пролетариев вполне понятными и приемлемыми.
В Украине памятников преданного анафеме стиля сохранилось немного, из них – четыре в Днепродзержинске. Все они построены при непосредственном участии ДГЗ в конце 20-х, начале 30-х годов и являлись коммунальной собственностью предприятия. Это здание фабрично-заводского обучения и Дом коммуны на проспекте Пелина (в 1932 году достроен 2-й корпус здания), фабрика-кухня на улице Заварихина и Дворец культуры металлургов на улице Спортивной. Лишь здание ДК Металлургов им. Косиора, воздвигнутое в 1931 году, имеет однозначно известного автора – архитектора Владимира Заболотного.
О том, кто осуществил проекты остальных указанных сооружений, можно лишь гадать. Не исключено, что к ним «приложил руку» выдающийся зодчий Александр Красносельский, который с 1922 по 1929 годы состоял Екатеринославским губернским и Днепропетровским окружным архитектором, а с 1930 года руководил «Днепропроектом». Одним из наиболее известных его творений в стиле конструктивизм является Дворец Ильича на проспекте Калинина, воздвигавшийся в течение шести лет – с 1926 по 1932 год. Деятельность Красносельского не ограничивалась Днепропетровском. Возможно, что в списке городов, где реализовались проекты окружного архитектора, могло оказаться и Каменское.
Сегодня наш рассказ о судьбе одного из уцелевших в Днепродзержинске построек конструктивистского стиля. Современной молодёжи это здание известно как ресторан «Хан» и магазин «Сэконд хэнд», люди среднего поколения ассоциируют его с рестораном «Днепр», а старожилы города называют «Фабрикой-кухней».
В 20-е годы ушедшего столетия новоприбывшие трудящиеся ДГЗ в основном не имели семей, и поэтому возникла проблема их питания в нерабочее время. С этой целью в годы первой пятилетки построили фабрику-кухню с большой пропускной способностью.
Фабрика-кухня была открыта 1 октября 1932 года при директоре ДГЗ Николае Голубенко, успешно функционировала при Авраамии Завенягине и окончила своё существование при Иосифе Манаенкове. Этот период характерен тем, что руководство Каменского начало обращать внимание на социальный аспект жизни города. Рабочий техникум реорганизован в вечерний металлургический институт, открыты библиотека им. Шевченко, театр, Дворец культуры металлургов и стадион «Металлург», началась закладка городского парка, пущен трамвай, построен дом отдыха ДГЗ в Щуровке. В начале 1936 года даже рассматривался вопрос строительства летнего цирка в Каменском. Не работой единой жив человек! Одной из первых ласточек в списке учреждений социальной сферы явилась огромная фабрика-кухня, рассчитанная на приготовление нескольких тысяч блюд в день, и находящаяся в ведении ОРС ДГЗ.
Название «фабрика-кухня» говорит само за себя: это производство пищевых товаров в промышленном объёме, как в готовом виде, так и полуфабрикатов. Приготовленные на пищеблоках продукты развозились по предприятиям и учреждениям города, главным образом на металлургический завод, а также населению по домам. Кроме того, фабрика-кухня использовалась в качестве столовой, где в условиях дефицита продовольствия можно было по специальным талонным книжкам получить обед.
Здание строилось с размахом. В плане оно имело сложную форму, состоящую из сооружений разной этажности – от двух до четырёх. В лабиринте прямоугольных помещений, как бы приставленных друг к другу наподобие гигантского детского конструктора, случайному посетителю грозила участь заблудиться в неразберихе многочисленных переходов, коридоров и лестниц. Крышу по последнему слову архитектурной моды устроили плоской, её могли использовать в качестве солярия и проведения различных мероприятий. Внутри насчитывалось шесть залов с прекрасным интерьером, а также кухня и кондитерский цех. Кроме того, во дворе фабрики-кухни имелись собственный конный двор и обширные подвальные помещения. В общем, высший класс.
Днепропетровская газета «Зоря» в номере от 26 октября 1934 года так описывала фабрику-кухню в Каменском: «Фабрика-кухня блищить вогнем від сотень великих люстр. Два швейцари не встигають зачиняти двері. Потік людей не припиняється. Вестибюль. Коло вішалок черги. Всім обов’язково роздягатись. В брудному одягу до фабрики-кухні вхід заборонено. На верхній площадці сходів на гарній підставці статуя Леніна. Збоку дві венеціанські вази. В залі номер один на естраді грає симфонічний оркестр. Пальми і квіти. На другому поверсі червоний куток. Плоский експлуатований дах».
Чудесно, не правда ли? Сотни больших люстр, два швейцара, венецианские вазы, пальмы и цветы, красный уголок, симфонический оркестр! И статуя Ленина на красивой подставке. Какой обед без Ленина? Однако финал данной публикации неожиданно прозвучал на минорной ноте:
«Так все було у перші два роки після відкриття, зараз люстри та шибки побито. Швейцарів немає. З шести залів працює лише три. Решта порожні».
Что же произошло? Архивные источники тех лет скупо и как бы неохотно рассказывают о проблемах фабрики-кухни. Огромные объёмы производства пищевых продуктов при острейшем дефиците этих самых продуктов стали непреодолимым соблазном для сотрудников и руководства структурного подразделения ОРС ДГЗ, подталкивали их к злоупотреблениям и воровству. А как прикажете поступить, когда заводское, городское и партийное начальство чуть ли не ежедневно требует к своему столу и на различные мероприятия бесплатные продуктовые наборы? То и дело здесь заводились уголовные дела и снимались с работы секретари партийной организации ОРС и цеха питания.
Но основной причиной упадка стало не воровство, а не загруженность предприятия. Производственные мощности использовались лишь частично, и фабрика-кухня, превратившись в нерентабельное учреждение, была законсервирована. Директор ДГЗ Иосиф Манаенков не мог смириться с положением, когда металлургическое производство отказалось от государственных дотаций, а фабрика-кухня не может существовать в режиме самоокупаемости, и перспектив к её использованию нет. Исходя из этого, он выступил с инициативой передачи здания фабрики-кухни в ведение горсовета.
21 марта 1936 года под председательством секретаря горкома партии Семёна Лысова состоялось заседание бюро Днепродзержинского горпарткома и президиума горсовета, на котором было принято постановление «О фабрике-кухне». Основные положения постановления сводились к закреплению и передаче помещений новым владельцам. Было решено:
а) залу №1 закрепить за уже организованными в ней магазинами «Промторга» и «Бакалеи»;
б) вторую и третью залы передать для организации магазина «Союзтекстильторга»:
в) зал кафе и диетстоловой передать ресторанному тресту для организации ресторана первого класса и диетстоловой;
г) кухню передать пищеторгу для выработки пищевых товаров, как в готовом виде, так и полуфабрикатов (холодец, винегрет, фаршмак и т.д.) для снабжения торговой сети;
д) кондитерский цех и свободное нижнее помещение передать «Пищеторгу» для организации кондитерской и цеха по выработке безалкогольных напитков для снабжения всей сети госторговли.
И надо сказать, что ситуация на фабрике-кухни улучшилась. 1 мая 1936 года газетой «Дзержинець» было опубликовано объявление следующего характера.

«2 травня в приміщенні фабрики-кухні відбудеться БАЛ-МАСКАРАД. Джаз, танці, ігри, бій конфетті, серпантин. Працює буфет. Кращі маски і костюми відмічатимуться. Квитки і маски можна придбати в касі, в день маскараду. Початок о 10 годині вечора».
В 1937 году сюда въехала ещё и швейная фабрика. Однако практика подношений продолжала существовать. На пленуме Днепродзержинского горкома партии 28 ноября 1937 года в адрес члена бюро горкома и начальника горотдела НКВД М. Папермана, призванного стоять на защите соцзаконности, прозвучало колкое обвинение: «У нас есть материалы, из которых видно, что Паперман занимался поборами. Был случай, когда ему муку доставляли на дом. Что ещё можно сказать?» Действительно, что?
Во время немецко-фашистской оккупации в бывшей фабрике-кухне разместился склад военной и рабочей амуниции. Печально известным событием стала акция устрашения для жителей Каменского, происшедшая в сквере напротив здания в 1942 году. 19-летний житель Романково Дмитрий Станиславук, попавшийся на воровстве в складе, при большом стечении народа был публично повешен в украденном им спецовочном костюме.
В 1943 году в город пришло долгожданное освобождение. Прошло время, и вновь заработали магазины, диетстоловая и ресторан. Но практика отпуска продуктовых наборов по знакомству и для нужных людей оказалась неистребимой. В 1959 году из далёкой Южной Америки в Днепродзержинск переселилась семья аргентинских коммунистов Хомяк, эмигрировавшая из Украины ещё в предреволюционные годы. Главу семьи устроили заведующим магазином полуфабрикатов при тресте столовых, а его жену – искусницу по выпечке тортов – кондитером ресторана «Днепр». Аргентинские коммунисты, привезшие с собой произведения классиков марксизма-ленинизма на испанском языке, всё более приходили к мнению, что в книгах написано одно, а социалистическая реальность – это совсем другое. Товарищу Хомяку, державшему в Буэнос-Айресе ресторан, было абсолютно дико отпускать полуфабрикаты «по знакомству» и готовить высокопоставленным товарищам целые коробки с дефицитной снедью.
В начале восьмидесятых годов за счёт частичного освобождения помещений комплекса ресторана «Днепр» здесь были организованы цехи треста столовых управления общественного питания Днепродзержинского горисполкома. Они включали в себя производства по выпуску полуфабрикатов из мяса, птицы и рыбы, а также кондитерский цех производительностью в одну тонну продукции в сутки. Уходила ли продукция «налево» мы не знаем, но свято верим, что не уходила.