Кам’янська міська бібліотека ім Т.Г. Шевченка

Вітаємо Вас на сайті нашої бібліотеки

Бібліотека

Наше місто

Костенко Людмила Андріївна

"ЧТОБ МИР СТАЛ НЕМНОГО ДОБРЕЙ…»
Костенко Людмила Андріївна (23.03.1945 р.- 15.01.2008 р.) Одна з найвідоміших театрознавців України, яка стояла у витоків Дніпродзержинського музично-драматичного театру, була засновником молодіжного театру-студії «Десятий квартал».Автор п’єс, сценаріїв, поетичних добірок, театрознавчих досліджень. Високоосвічена, інтелектуальна людина - Людмила Андріївна внесла помітний вклад до духовної та культурної скарбниці нашого міста

В 1980 г., когда высокие инстанции утвердили решение о создании в Днепродзержинске нового театра, в приказе № 1, изданном этим театром, шла речь о приеме на работу на должность заведующей литературной частью Людмилы Андреевны Костенко.
Наш театр начинался с нее.
Это она, молодой театровед, получив образование в Ленинградском государственном институте театра, музыки и кинематографии, поработав несколько сезонов в Смоленском областном театре драмы, вернулась в Днепродзержинск, и в течение трех лет стучалась в двери всех высоких кабинетов, объясняя, как необходим большому рабочему городу свой театр.
И добилась своего! В дни празднования юбилея Леонида Брежнева идея Костенко о создании театра на родине генерального секретаря, наконец-то проросла, и, подкрепленная соответствующими решениями и постановлениями, обрела реальные очертания.
Совсем недавно Людмила Андреевна вспоминала, как первоначально в Днепродзержинске планировали открыть театр оперетты, но она сумела убедить всех в необходимости дать театру статус музыкально-драматического. Собственно говоря, поэтому мы сейчас и имеем возможность смотреть не только оперетты, но и музыкальные комедии, и драмы, и балеты, и детские сказки.
Это она давала объявление в центральных газетах Советского Союза о проведении в новом театре творческого конкурса по формированию труппы, вместе с первым главным режиссером Семеном Терейковским пересмотрела огромное количество заявок, актерских показов. Это по ее предложению первым спектаклем, который увидели днепродзержинцы в новом театре, был музыкальный спектакль «Темп-1929» по пьесам Николая Погодина.
Не многие верили, что театр в Днепродзержинске получится. «Никогда этот город не полюбит театр и не привыкнет к нему, - говорили знающие люди. Большинство населения - это заводские рабочие, интеллигенция, в основном – техническая. Для театра нет почвы».
Людмила Андреевна хотела, чтобы все-все поняли, какое счастье может дарить общение с настоящим театром.
Сейчас даже представить трудно, какой огромный объем работы был проделан первым завлитом. Сотни творческих встреч на предприятиях и учреждениях города, в школах и техникумах. Сотни прочитанных пьес, из которых надо было безошибочно выбрать именно те, которые не просто развлекут и позабавят, но потрясут, заставят задуматься или одуматься, помогут, примирят, найдут душевный отклик. Очень быстро, благодаря ей, все существующие в те времена в Днепродзержинске газеты стали союзниками и друзьями театра. На их страницах появлялось много публикаций на театральные темы. А появлялись – еще и в областной, и в киевской, и в московской прессе…
Человек высочайшей культуры и интеллигентности, Людмила Андреевна стала центром притяжения и авторитетным экспертом для режиссеров и актеров, художников и музыкантов. В ее завлитском кабинете велись горячие и принципиальные споры об искусстве и жизни. В этих спорах, порой рождалась истина. Из этих споров рождались спектакли.
Конечно, не все было гладко. Театр – это сообщество ярких индивидуальностей, в котором неизбежна борьба самолюбий, вкусов, мнений. Находить согласие в этом сообществе – трудная задача. Людмила Андреевна умела признавать право других творческих людей на собственное мнение. Вот только критерии и принципы, которыми она руководствовалась, были уж слишком высоки. Многим это мешало жить.
Она умела увидеть и оценить в людях талант и, что намного важнее – помочь этому таланту раскрыться, реализоваться. Благодаря ее принципиальной поддержке в первое десятилетие работы театра появились на его сцене балеты Анатолия Бедычева, поставленные в непривычном по тем временам не только для Днепродзержинска, но и для Киева, стиле модерн. «Как? И это происходит в провинции?», - поражались балетные критики Ленинграда, увидев на гастролях нашего театра в северной столице одноактные балеты: «Контрапункты», «Фатум», «Дриада и циклоп»…
Она стала одним из инициаторов проведения в нашем театре фестиваля «Классика сегодня».
Она была автором сценической версии пьесы Жана Кокто «Священные чудовища», которая с 1994 г. шла на нашей сцене под названием «Играем Кокто» с режиссурой и хореографией А. Бедычева и завоевала признание и восторженные отзывы профессионалов на фестивалях «Классика сегодня», «Сичеславна», «Херсонесские игры» (г. Севастополь), «Культ Модерна» (г. Харьков), как пример яркого, современного, философского театра.
Она умела прощать чужие грехи. Хорошо знала цену собственным недостаткам, и была очень уязвимым и ранимым человеком.
В 1995 г., в трудные для всех переломные времена, из-за принципиальных творческих разногласий с директором ушла из театра, который создавала. Уходила в никуда. Но вскоре на Левом берегу, на базе лицея НИТ №2 появился театр-студия «Десятый квартал», с уютной камерной сценой и выставочным залом – островок культуры, духовности и любви. Можно ничего не писать о работе Людмилы Андреевны Костенко в «Десятом квартале», а только перечислить имена ее учеников, которые связали свою жизнь с профессиональным театром. Это режиссеры Юрий Сушко и Александр Рожков, актеры - Марина Юрченко, Татьяна Белянская, Юлия Жилина, Марина Шевченко, Александр Нагорный. А те, кто не сделал театр своей профессией, уверена, хранят в своем сердце годы в «Десятом квартале», как драгоценное сокровище.
Я знала, что Людмила Андреевна пишет стихи. Но она показывала их очень немногим близким людям. Однажды для актерского бенефиса заслуженной артистки Украины Людмилы Михайличенко на мелодию знаменитой песни Эдит Пиаф она написала слова.
Эту песню мы долгие годы считали гимном нашего театра.
Вы, конечно, знаете эту мелодию. Помните: «Падам… падам… падам…»? Попробуйте сейчас про себя или тихонечко вслух пропеть эту песню, и вы поймете каким человеком была Людмила Андреевна Костенко.

В потоке людской толчеи,
Где люди есть и муляжи,
Где жертвы есть и палачи,
Где судьбы есть и миражи,
Ищу я бесстрастно начало
Того, что еще предстоит.
Я столько ролей не сыграла,
А сцена зовет и манит,
И манит, и манит!

Театр, театр, театр –
Бесконечность, где нету преград!
Театр, театр, театр –
Виртуозных обманов парад.
Театр, театр, театр –
Это чувство великой любви,
Где себя отдают на публичный алтарь.
Театр, театр, театр!

Есть где-то покой и уют,
И угли в камине горят.
Быть может, меня там и ждут,
Но только пусть снова простят.
Отравлена этим безумьем,
Я в отсвет слепых фонарей
Швыряю и страсти и чувства,
Чтоб мир стал намного добрей,
Да – добрей, да – добрей!

Театр, театр, театр –
Бесконечность, где нету преград!
Театр, театр, театр –
Виртуозных обманов парад.
Театр, театр, театр –
Это чувство великой любви,
Где себя отдают на публичный алтарь.
Театр, театр, театр!

                                                         Ирина Федорова

Стихи Людмилы Костенко
Когда все началось-забыла.
Началось очень давно и длилось долго. Жить от этого удавалось светлее, чем приходилось на самом деле. Блаженства "взахлеб", "взахлест"--не было. Это случается однажды. Но были: бесконечность ожидания, приступы шальной радости вперемежку со скулящей тоской, неумолимая встревоженность. От этого писались стихи.
Спасибо.
Из всех ветров полюбила клоочарандский. Из всех вокзалов-Балтийский. Из всех цветов-жасмин. Из всех яств-спаржу.
Спасибо.
В стремлении к человеческому познанию упивалась счастливыми открытиями. Ты--первая непривычность, неожиданный вкус горечи. Беззастенчивый удар в поддых, обостривший радужное мироощущение прошлого. Ты--моя непримеримость, а потому-источник бешенной тяги к новому.
Спасибо.
Моя вера застряла в язычестве. Твоя затерялась в цивилизации. Но в бесконечном хаосе миров и судеб они на мгновенье пересеклись. И за это, прощаясь, спасибо.

Мы с тобой бредем по осени
В красно-желтом бреду.
В листопаде птицы носятся
Распластавшись на лету.

Остается где-то маревом
Шум и шалость городов.
Впереди манящим заревом
Ждет нас первая любовь.

Лес бросает в ноги просеку,
Ветер рушит тишину.
Мы с тобой бредем по осени
В нашу лучшую весну.
Осень 1971 г.

Не зря же люди говорят,
Что я--незрячая.
За сине море приняла
Воду стоячую.
За сизым соколом неслась-
Поймала ворона.
Любовь для друга берегла-
Отдала ворогу.

Не зря же люди говорят,
Что я бродячая.
Шальной дорогою пошла,
Тропой горячею.
Любила сладко я не брав
Благословения.
Я богу душу не дала,
Он мне-прощения.

Не зря же люди говорят,
Что жизнь собачая
Лебяжьим пухом разнеслась,
Дымкой табачною.
Куда звала? Куда вела?
Зачем оставила?
Судьбою трудной прожита,
А что оставлено?


1971

Ночная песня.

Не забирайте осень у меня.
Не отнимайте ночь в потемках дня.
Не заглушайте тихий шелест снов
Горластым криком первых петухов.

Завянет осень и придет зима.
В холодный дом-холодная пора.
А впрочем, дома тоже больше нет.
Пожалуйста, не зажигайте свет.

Одна с собой, с собою и с судьбой
Такою горькой и такой смешной
Осталась за нелепый страх души.
Кому, кому сказать теперь прости?


Ноябрь 1974

Везде,
Где есть огонь и труд,
Везде,
Где дерзко жизнь куют,
Везде,
Где правду свято чтут,
Везде,
Где честь не предают
Везде,
Где, падая, идут,
В беде
в набат
сердцами бьют,

Упрямо верят,
Вечно ждут,
Горстями дружбы
Счастье пьют,
Везде,
Везде,
Везде,
Где любят и поют,
Везде,
Где миру жизнь дают,
Везде,
Где свет в глазах несут
Поэт
найдет
себе
приют.

март 1971